Поступление в Императорский университет России всегда было знаковым событием для каждого нового студента. Даже к концу XIX в., когда высшие учебные заведения наводнили многочисленные отпрыски разночинцев, обучение в университете открывало массу возможностей и давало человеку статус – образованного, заинтересованного и (более-менее) ответственного. Отучившись весь положенный срок, будучи не скомпрометированным участием в сходках и других увеселениях, выпускник в глазах государства переходил в категорию «благонадежных» и мог претендовать на место в университете или другие, более высокие государственные чины и должности.
Сегодня, как и сто и двести лет назад, переступив порог университета, студенты знакомятся с главными «звездами» предстоящего четырехлетнего спектакля – профессорами, доцентами, лаборантами – плеяда которых, зачастую, формирует своеобразную эпоху университета, ее дух и настроения. Не был исключением и конец XIX века. Казанский университет, пережив волну сходок и выступлений, с начала 1890-х годов вступил в относительно спокойный период. Ректором университета тогда был Константин Васильевич Ворошилов, читавший курс анатомий и физиологии человека и, в целом, был уважаем большинством студентов. Деканом физико-математического факультета был Дмитрий Иванович Дубяго, астроном и в будущем – также ректор университета. Поступивший в 1891 г. на естественнонаучное направление факультета М.В. Танский в своих воспоминаниях описал многих своих профессоров:
«Деканом нашего факультета состоял профессор астрономии Дубяго — говорили: набожный человек. И слышал я: будто бы многие астрономы, подавленные величием мироздания; таковы – ищут бога. Напротив, учёные, работающие с микроскопом над микроскопом, все безбожники.»
Дубяго Дмитрий Иванович (1849-1918)
Зоологию естественникам преподавал Михаил Михайлович Усов (1845-1902) – выпускник Санкт-Петербургского университета, много раз бывавший за границей, в 1885 году получивший звание доктора зоологии Казанского университета.
«Надо сказать, что сам проф. Усов, старик с могучей фигурою, с посеребренной головою, одетый в чёрную бархатную куртку, в сорочке с белоснежными брыжами и такими же рукавчиками, читал лекции с огнём, увлекаясь и разгораясь, лицо наливалось кровью, пока не раскалялся окончательно. Тогда он бессильно валился в кресло, вынимал из бокового кармана флакон с солью и принимался усиленно ее нюхать. В аудитории минуты на три водворялась мёртвая тишина, пока проф. не оживал и не принимался снова за лекцию. Мы постоянно опасались, как-бы не приключился с ним удар.»
Интересы естественников редко ограничивались науками своих направлений. Большой популярностью всех студентов университета пользовался доцент Фирсов, которого называли не иначе как казанским Ключевским. На своих приватных лекциях он собирал массу слушателей со всех факультетов.
«Молодой, выше среднего роста, сухощавый, с одухотворённым лицом, с зачесанными назад длинными волосами, он выглядел скорее поэтом, чем мужем учёным Лекции читал неторопливо, плавно и гладко, хорошо выработанным литературным языком. Но всё же суть была в том, что лекции его являлись не выхолощенными, пресными, а бывали с солью, с перцем, пересыпавшими остро факты печальной русской исторической действительности. Этой смелостью мысли, далёкой от учебника Иловайского, и привлекал Фирсов слушателей.»
Фирсов Николай Николаевич (1864-1934)
Поступив на 3-й курс медицинского факультета Танский встретил другую группу ученых, теперь уже медиков. Выше всех он ставил ученого Адамюка. Емельян Валентиевич (1839-1906) относился к той категории ученых, которые никогда не сидели сложа руки, не просто иногда практикуя, а постоянно совершенствуя свое мастерство.
«Высокий, дородный, с посеребренными волосами, спокойный, важный и медлительный в движениях, ходил он неторопливо, с маленькой перевалкою, но говорил очень быстро, за речью его приходилось следить с напряжением, чтобы всё понимать. Я любил бывать в его клинике на утренних воскресных обходах палат. Идёт впереди профессор, а за ним, как за ярким ядром кометы, хвост из ординаторов и студентов, и ты в этом хвосте с трепетным чувством как будто и сам приобщаешься к славе великана. На этих обходах прямо в палатах Адамюк проделывал три-четыре операции снятия катаракт. У постели подготовленного больного профессор стерилизовал руки и в несколько штрихов производил тонкую операцию, затрачивая на неё не более минут десяти, а затем следовал дальше, предоставив туалет послеоперационной раны своим помощникам».
Адамюк Эмилиан (Емельян) Валентиевич (1839-1906)
Эти и многие другие портреты профессоров и преподавателей университета Танский описал в своих мемуарах. С их фрагментами вы сможете ознакомиться в разделе «Воспоминания» сайта, а полная рукопись доступна посетителям Научной библиотеки им. Лобачевского Казанского Федерального Университета.